3. Евгений Некоз. Про конференции, SEOшников и новые проекты
Текстовая версия
М1: Всем привет. С Вами сегодня третий выпуск подкаста DeepSEO. С Вами Станислав Дашевский (М2).

М2: И Баньковский Игорь (М1).

М1: Сегодня у нас в гостях Евгений Некоз (Р).

Р: Всем привет.

М1: Привет Женя. Начнём мы с нашего стандартного вопроса. Кто же ты такой, Женя Некоз?

Р: Человек (смеётся). Я всё ещё человек.

М1: Окей.

Р: Сейчас я себя идентифицирую как предпринимателя. Всё-таки, есть какая-то группа проектов, над которыми я работаю, которые, можно сказать, мои, или в партнёрстве с кем-то. Наверное, SEO предприниматель, можно просто предприниматель.

М1: То есть, предпринимательство всё-таки как-то связано с SEO?

Р: Да.

М2: В основном онлайн?

Р: Да. Все проекты находятся онлайн. У меня был опыт ведения бизнеса офлайн в Украине. Я даже когда-то был причастен к сети магазинов продуктовых, с мясным цехом и т.д. Это был очень ужасный опыт, потому что бизнес вести очень тяжело, очень много контролирующих моментов, и я был очень счастлив, когда я из него вышел.

М1: Я тебя понимаю. Как так вышло, что ты вообще связался с SEO?

Р: С SEO я связался вплотную в тот момент, когда с Сашей Киликом мы запустили агентство интернет-маркетинга Трионика. Это было в 2010-ом, если я не ошибаюсь, или в 2011-ом году. В этот момент.

М1: То есть ты запустил [Трионику]. Вообще, для меня загадка, как ты вообще начал? Ты запустил Трионику.

Р: Было всё очень просто. Я хорошо знал Сашу Килика. Саша Килик в тот момент работал в Ukr.net. Ukr.net в тот момент был самым посещаемым сайтом в Украине. И, с точки зрения SEO, он был самый прокачанный.

М2: Это было хрен знает когда?

Р: Это было очень давно, да. У меня появилась очень простая идея.

М1: Семь лет назад.

Р: Это был период портала. Если помните, был когда-то период порталов, когда рулили все эти Gala.net, Bigmir.

М2: Чаты там были.

Р: Да, все эти громадные сайты. Сейчас период сервиса, тогда был период портала. Я к нему пришёл и говорю: «Слушай, у тебя есть экспертиза в больших сайтах. Ukr.net показывает невероятные результаты по всем своим подпроектам. Давай мы эту экспертизу будем продавать, давай мы будем брать клиентов, давай мы будем заниматься клиентским SEO, но не таким клиентским SEO, когда берёшь интернет-магазин носков, а именно большими сайтами, такими, у которых есть деньги, у которых есть трафик и потенциал». Он согласился, и так возникла Трионика. Мы с ним начинали вдвоём. Он занимался вопросами SEO, консалтинга, технической частью. Я занимался вопросами администрирования, организационными, финансы, клиенты, продажи и т.д. Но, как бы ты не хотел, когда ты работаешь в SEO-компании, занимаясь даже финансами, ты начинаешь разбираться в SEO. Просто невозможно не разобраться.

М2: С Ukr.net он уже не связан никак?

Р: Он же давным-давно ушёл с Ukr.net. Сейчас он самостоятельно работает как SEO специалист, как SEO-консультант. Тогда мы занимались вот таким проектом. У нас в клиентах была куча громадных сайтов и UMH, и кого хочешь мы консультировали. И клиентское SEO делали, и Turne мы консультировали. То есть, у нас было несколько форматов. Консалтинг был, клиентское SEO, когда мы их вели. Вот с тех лет я и пришёл в SEO. Была часть клиентов, которые были на запад. Ещё, помню, до первого пингвина.

М2: Когда это было (смеётся)?

М1: Ты просто мастодонт тогда (смеётся).

Р: Было до первого пингвина. Я помню, у нас тогда ещё был один крупный клиент на запад. Мы его двигали. Тогда работало всё. И комменты, и всё, что угодно. Главное, надо было побольше ссылок с прямым вхождением ключа и неважно откуда, и неважно, как они проставлены. Главное было количество. Мы двигали семь клиентских сайтов крупных на запад. И когда вышел первый пингвин, он выкосил просто в ноль пять из семи. Клиент был тогда очень несчастлив. Тогда был такой интересный момент, когда выходит абсолютно новый апдейт. Это же был первый, никто ещё не знал, не готов [к нему]. Это сейчас все такие умные и понимают что происходит, и как с этим бороться. Тогда это было что-то наподобие грома посреди ясного неба. Все форумы были заполнены только одним вопросом: «Что делать?». Мы тоже искали ответы на вопросы эти. Мы сняли часть ссылок. Мы делали эксперименты по небольшим сайтам. Вот так вот и удалось справиться и часть из этих пяти потерянных сайтов мы вернули, а со временем вернулись все. Вот так я и связался с SEO. Вот так я пришёл плотно в SEO.

М1: Жесть.

М2: Жесть вообще. Хотелось бы отступить в какой-то другой момент. Я так понял, что Ukr.net особо далеко не ушёл от своей модели модернизации. Год назад, когда на собесе у них был, я так понял, что они тупо берут какие-то информационные сайты большие. Просто их плодят под каждую страну, оптимизируют, собирают трафик и продают. Больше вообще ничего не делают.

Р: Я скажу честно, я не сильно знаю их текущую модель. Я не вникал в их бизнес-процесс. Я знаю одно. Буквально семь лет назад они были стартовой страницей в 70% браузеров.

М1: Да, это 100%.

Р: Больше им ничего не надо было. Если тебе даже SEO-трафик не нужен, если ты стартовая страница.

М2: Да.

Р: По факту, если браузер открывается с твоей страницы по умолчанию, то [это отлично].

М1: У меня тесть сейчас читает новости только на Ukr.net.

М2: Это привычка.

М1:Мама тоже только на Ukr.net.

Р: Если бы меня спросили, есть ли смысл сейчас запускать такую-то модель портальную, то я бы сказал, что нет. Сейчас интернет уходит в сторону сервиса, в сторону узконаправленных проектов. В сторону социальных сетей, социализация. Тот же Ukr.net с точки зрения социализации, социальной составляющей, очень слаб.

М1: Ну да.

Р: Даже те же новости. Как их расшарить, куда их девать? Ты хочешь с друзьями поделиться, какая-то важная новость. Или сделать персонализированную подборку новостей. Сейчас мощный тренд на западе – это персонализация. Персонализация под всё. Под клиентов, под гео.

М2: По тэгам тоже.

Р: По тэгам, по интересам, по твоим поведенческим факторам даже. Собирают эти маски пользователей и потом на основании этого формируют маркетинг-предложение.

М2: Братишка следит.

Р: Ukr.net в этом плане, конечно же, как из 2000-ых.

М1: Он там и останется.

Р: Да.

М2: Год уже Sempro Club без тебя. Давай просто поболтаем об этом.

Р: Пол года, если честно.

М2: Пол года.

Р: В Новый год последний раз [собирались].

М2: Да, правильно. До Нового года была последняя встреча.

М1: Оливье.

Р: Оливье было.

М2: Да, оливье, я помню (смеётся). На прошлом [собрании] я был.

Р: 170 тарелок оливье – это вам не шутки (смеётся).

М2: Жесть.

М1: Я кушал [оливье].

Р: Это был вызов.

М2: Как всё было? Как всё началось в Sempro Club? Сколько ему было лет?

Р: Ему сейчас 2,5 года, клубу этому. Немножко больше. Началось оно с того, что в Трионике мы обсуждали, когда я ещё плотно был в Трионике, мы обсуждали, что нам надо сделать какой-то проект, который бы помог собрать рынок, помог бы обучать рынок, растить рынок. Такая социальная была бы составляющая.

М1: Не для себя специалистов [растить]?

Р: Для себя специалистов [растить], ты же понимаешь [это не рентабельно], если себе надо два специалиста, то нет смысла делать клуб, который два года тянуть, который соберёт тысячи специалистов.

М1: Конечно.

Р: Это противоречиво. Тогда мы первые встречи проводили с Юрой Титковым. Тогда Юра согласился быть ещё модератором. Это было очень классно. Он [говорил]: «Глубокие вопросы задавайте».

М2: Поспорить [предлагал].

Р: Поспорить, да. Ещё какие-то моменты он мог выявлять. Это было началом Sempro Club. Мы выбрали изначально сразу недорогую модель. Чтобы оно себя окупало, но о большой какой-то прибыли никто никогда не говорил, и цели такой не было. Это был просто хороший проект, задачей которого было собрать друзей, собрать людей в одном месте. Что мне понравилось, что всё-таки в течение этого времени удалось создать какое-то место, куда люди приходят именно пообщаться. Что меня радовало на последних встречах клуба, на которых я заведовал, некоторые люди платили за вход, но даже не приходили на встречу, а шли сразу в ресторан. Это просто было местом встреч.

М2: Нетворкинг.

Р: Нет. Нетворкинг – это когда ты больше с новыми [людьми] знакомишься, а это именно место встречи. Когда я прихожу ради того, чтобы с тобой пообщаться.

М1: Потому что ты знаешь, что будет тот, тот и тот чувак.

Р: Да. Это такой закрытый клуб по интересам. Я считаю, что это штука классная. Потому что множество людей мне говорило, что благодаря Sempro они нашли партнёров, сотрудников. Они какие-то новые проекты запустили. Это было очень приятно, потому что эти люди всегда с добротой отзывались о том, что мы сделали. Я какого-то крайнего негатива такого за все эти года ни разу не слышал. Было, конечно, пару раз. Люди были недовольны качеством мастер-класса, по каким-то своим причинам. Кто-то ожидал чего-то другого, кто-то приехал на мастер-класс по продвижениям, а ему про Яндекс не рассказывали. У нас было пару человек, которые усиленно мечтали о том, чтобы им что-то про Яндекс рассказали. У нас про Яндекс ничего не было.

М1: По понятным причинам.

Р: Я к этому относился абсолютно спокойно. Мы им всегда возвращали деньги в 100%-ом размере. Абсолютно спокойно. Я понимал, что угодить всем нельзя и если человек будет недовольный, то легче этот вопрос быстро урегулировать, чем пытаться доказать, что: «А знаешь ли, у нас прямо на сайте написано, что мы под запад. Какой Яндекс?».

М1: Для Трионики какой-то плюс от этого был? Там же баннера эти все висели.

М2: Брендинг просто, я думаю.

Р: Это бренд. Я не могу сказать точно по сотрудникам, потому что этим вопросом я не занимался. Но я думаю, что, может быть, кто-то из сотрудников появился, может быть, какие-то партнёры появились. Но я, к сожалению, всю эту ситуацию не оцениваю. У нас не было каких-то KPI, что бы сказать, вот одна встреча – пять партнёров.

М1: Может, чувак пришёл на собеседование: «Я послушал, так клёво! Я увидел ваш баннер».

М2: На Eduprofit был баннерок, кстати.

Р: На сколько я себе это представляю, то для Трионики это большой плюс иметь в портфеле такой проект. Потому что сотрудники ходят на него бесплатно.

М1: Ну да.

Р: Сотрудники Трионики участвуют во всех Sempro Club конференциях бесплатно. Во-вторых, ты знаешь, что это какое-то сообщество, и ты знаешь, что это твоя компания его делает. Это всегда приятно. Какой-то моральный плюс. Не когда ты чисто работу работаешь, а когда есть ещё какая-то составляющая, которая развивает рынок, тебя развивает. Это всегда идёт в плюс.

М2: Конфы были охуенные. Очень-очень. Особенно Sempro сама конфа, не клуб, а именно конфа – очень.

М1: Как родилась идея именно конфы?

Р: Это было естественно вытекающее из клуба. Когда идея эта появилась по факту на рынке, когда первая конференция проводилась, это было 2 года назад, было очень тяжёлое время в Украине. Помните, были все эти войны, эти все майданы.

М1: Да.

Р: Был большой поток негатива. По факту, все остальные конференции, они свою активность свернули. В тот год 8Р не проводилось и т.д.

М2: Закрыли SemCamp и Optimization закрыли тоже. Это промоутеровские конференции.

Р: Да. У меня была простая идея. Как можно было стать лучшей и единственной конференцией страны? Это быть единственной.

М2: Логично (смеётся).

(Общий смех)

М1: Окей.

Р: Это такая стратегия конкуренции очень простая. Первая конференция, скажу честно, была нереально тяжёлая. У нас происходили прямо такие штуки, невероятные. Одного из важных членов моей команды забрали в армию прямо в момент организации конференции. Я в тот момент был в Колумбии.

М2: Жестяк.

Р: Я нахожусь в Колумбии, а мне человек пишет: «В пятницу я ухожу в армию».

М2: Удачи (смеётся).

Р: Удачи-то удачи (смеётся), но у меня сразу дырка образуется. Притом, что человек был ключевой. Было очень тяжело. Была проблема с русскими коллегами. Был нереальный информационный фон, что кровь пьют, детей едят.

М1: Они не хотели приезжать, или мы не хотели их пускать?

Р: Мы хотели их пускать, мы хотели их звать, потому что [среди] русских SEO специалистов, есть много очень мощных интересных ребят. Вы сами видели по составу первой – второй Sempro конференции, какие были интересные спикеры из России. Но там было несколько таких факторов проблемных. Первый фактор – это что буквально за две недели до первой Sempro конференции ввели обязательное наличие иностранного паспорта для всех русских докладчиков. Российских, точнее сказать, докладчиков. У нас даже такая была ситуация, несколько докладчиков отвалилось, потому что у них не было заграничного паспорта на тот момент. Это была первая проблема. Вторая проблема была, в том, что был очень негативный фон по поводу того, что россиян не пропускают на таможнях. И в аэропортах даже были ситуации, когда их заворачивали и отправляли назад. У нас такая ситуация случилась с докладчиком из Сапы. Он не прилетел, потому что его коллегу месяцем ранее вернули из Борисполя в Россию. Просто развернули и сказали: «Лети назад».

М2: Облом.

Р: Он сказал: «Пацаны, я всё понимаю, мне всё нравится, но я не хочу развернуться и лететь назад». То есть, были очень сложные организационные моменты. Притом, конференция проводилась первый раз, никто ни слухом, ни духом не знал, что это будет.

М1: Да, что это будет.

Р: И будет ли оно вообще нормальным. Я помню, мы тогда титанических усилий приложили, чтобы всё-таки прорвать этот лёд и всё получилось. Нас на первой конференции было 350 или что-то в таком духе, человек, но это были именно SEO-шники. Что самое классное, что мне понравилось, что удалось сделать по Sempro, чего я по другим конференциям до сих пор не вижу, что мы выбрали очень целевую аудиторию и собрали именно её.

М2: Да.

Р: Там не было продажников, не было директоров каких-то, не было каких-то левых людей, которые не в теме. Были именно SEO-шники.

М1: Ты приходишь, и ты видишь там знакомых чуваков. Этот там работает, этот там.

М2: Не звучат вопросы, сколько ссылок для Топа нужно.

М1: Звучат, звучат.

Р: Они звучали, но они очень часто [уходили в тишину].

М2: Взглядом испепеляют (смеётся).

Р: Новичок приходит какой-то. Мы новичкам рады и любое сообщество живёт за счёт притока новой крови. Любое закрытое сообщество, которое новую кровь не получает, оно рано или поздно умирает.

М1: Ты считаешь, что SEO-шники это закрытое сообщество?

Р: Нет. Я не считаю. Я говорю просто, что Sempro был именно открытый клуб, куда могли приходить, но мы чётко спозиционировали, что это именно для SEO. Все наши доклады, все спикеры, все темы – они все были чисто по SEO. Например, приходить какому-то человеку левому туда смысла не было.

М1: Даже PPC-шнику там делать нечего.

Р: Да, PPC-шнику там ловить нечего было. Вот, собственно говоря, так появилась конференция. Вторая конференция, я вообще считаю, что второе Sempro, которое мы провели в прошлом году – это было одно из лучших SEO-конференций за все времена.

М1: Это мего.

М2: Космос. Три потока.

М1: Да.

Р: Единственное, о чём я, может быть немножко сожалею, то что мне не удалось договориться с площадкой Космополитом. Я хотел сделать 4 потока. Я хотел отжать ещё один зал под поток, но там не было инфраструктуры, там не было розеток. То есть, там был зал просто под еду. Если помните, это там, где обедали.

М2: Да. Нам не удалось пообедать.

(Общий смех)

Р: Не знаю. Мы, кстати, засекали. У меня чётко орг.команда стояла, всю толпу за 15 минут обслужила.

М2: Там такая очередина была.

Р: Она казалась большой. Но за 15 минут все реально поели.

М2: Мы пошли в соседний зальчик. За деньги (смеётся).

Р: Мы очень парились, чтобы все остались довольны и прямо специально делали замеры по скорости, чтобы оно было конвеерно.

М2: Нет, проблем не было в этом плане. Плохих отзывов я не слышал.

М1: Самое главное – это докладчики и информация.

М2: Я тогда всё посетил. Я бегал из зала в зал. Огонь был. Очень, очень круто.

Р: У нас были негативные отзывы, которые касались в основном Wi-Fi. Вот это прямо какая-то беда-бедой в Украине на площадках.

М1: Да. Но то такое.

Р: Мы подготовили Wi-Fi, это была очень смешная ситуация.

М2: С Iforum вы взяли вышку?

Р: Да. Мы взяли крутейшее оборудование с Iforum. Спасибо, кстати, ребятам с Iforum, что выручали не один раз. Но получилась смешная ситуация. На входе там стоял какой-то маршрутизатор. На входе в самой гостинице, в Космополите, стоял маршрутизатор, у которого был лимит на 100 подключений.

М2: Да ну, куда? (смеётся).

Р: Мы его выжирали за две минуты. Он вырубался, уходил в какой-то reboot. Для меня это вообще какое-то загадочное оборудование. Поднимался к нему, опять 100 подключений и он опять вырубался. Вот так, собственно говоря, у нас была беда. У меня администраторам пришлось проложить интернет за утро, в обход этого маршрутизатора. То есть, они бегали, кабель этот таскали втихаря, для того, чтобы проблему эту решить. И к обеду нам удалось это, в конце концов, решить. Понятно, для участников офлайн части – это была не беда. Не будет у тебя интернета пару часов, ничего в мире не перевернётся.

М1: Да.

Р: Но у нас же были ещё онлайн участники. Вот они страдали сильно. Основная беда была с ними. Когда интернет отваливался, там начинался поток негатива. Вот там мы провалились, да. Но я не мог предположить [этого]. Мы никак не могли проверить 100 подключений до дня мероприятий.

М2: Можно было не раздавать пароль тогда всем.

Р: Сейчас такой проблемы большой нет. Сейчас последние два года 3G захватил всё и по факту большинство участников к Wi-Fi даже не подрубаются. Они сидят в своём 3G. Мне кажется, что это намного более просто.

М1: Что зарабатывает такая конфа? Выгодно вообще?

Р: По поводу заработка – это вообще вопрос смешной. Я регулярно на форумах читаю: «Ага, смотрите, 500 участников на 2000 гривен умножить – куча денег! Там все бухают, куча прибыли!». Но это немного такое [ошибочное мнение].

М2: Вообще, зачем считать чужие деньги (смеётся)?

Р: Даже не в этом вопрос. Взгляд, на самом деле, не правильный. Если увидеть всю структуру расходов, чтобы вы понимали, накормить 500 человек – это само по себе 200 тысяч гривен.

М1: 200?

Р: 200 тысяч гривен.

М2: А афтепати? Это же вообще.

Р: То есть это просто еда. Это обеды, это кофе-брейки. Притом, что площадки очень часто отжимают организаторов, они заставляют их использовать только кейтеринг их. Что бы вы понимали, там круассан за 30 гривен – это нормально. Купи, грубо говоря, круассанов на два кофе-брейка, умножь на 500, вот и получаешь интересные цифры. Одни круассаны могут стоить 30-40 тысяч гривен. Это круассан, это просто булочка, это ничего. У тебя должны быть ещё какие-то сладости, чай, кофе, капучино и т.д. Цифры там очень большие. Расходы невероятно большие. Ещё есть расходы, связанные с докладчиками. Есть расходы, связанные с рекламой, ещё есть команды, которые тоже не бесплатно работают. То есть по факту.

М2: Типа расходники всякие.

Р: Да. То же афтепати. Hardkiss бесплатно не выступают.

М2: Ну да.

Р: И цифра у них такая значимая, которую они просят. И алкоголь, и еда, и само место проведения. Грубо говоря, если кто-то видит в конференциях какой-то бизнес такой, именно системный, то он возможен, только если ты будешь реально жлобиться на всём. Афтепати – это колбаса, нарезка на тарелках, без какой-то программы (смеётся).

М1: Получается, это не бизнес, который заработок, а просто как дополнение к основному?

Р: Я тут палец на отсечение могу дать, что для него это не бизнес.

М2: Тяжело было бросать своё детище, наверное? Sempro Club, конференции тоже?

Р: Может да, может нет. Знаешь, я такой сторонник идеи, что всё происходит к лучшему, и мы все получаем те уроки, которые нам надо пройти. Простой пример я могу привести. Когда-то очень давно, когда мне лет 20 было, был один бизнес, который был неудачным.

М1: У тебя в 20 лет уже был бизнес?

М2: Я в 20 лет ещё пасочки лепил и жрал песок (смеётся).

Р: Не лепил ты пасочки (смеётся). На этом бизнесе мы потеряли очень много денег. Я помню, у меня были грандиозные долги, денег не было вообще после этого. У меня были другие проекты, и я быстро восстановился от этих потерь. Через какое-то время я встретил партнёра, с которым мы делали этот неудачный бизнес, неуспешный бизнес. Мы сели, начали обсуждать: «Вот смотри, мы потеряли деньги. Что положительного мы получили с этого бизнеса?» Мы получили опыт, у нас появилось более чёткое видение, как всё надо делать. И он задал такой один очень простой вопрос: «Можешь ли ты сказать, что это всё было абсолютно неудачным? Что это был провал?». Я так задумался, что именно после этого бизнеса я построил другие проекты, более успешные, ещё мощнее, ещё сильнее. У меня лучше получилось. Появилось понимание, как правильно с сотрудниками строить взаимоотношения и т.д. По большому счёту, нельзя сказать, что это был провал. То есть, получается, это был опыт.

М1: По-любому опыт получил.

Р: Да. И сейчас, я не занимаюсь Sempro, но множество людей, с которыми мы подружились, и с которые были друзьями до Sempro, во время Sempro, мы общаемся. Я им помогаю. Они у меня спрашивают советов. Я соединяю людей. У меня на фэйсбуке очень часто прилетают сообщения: «Эй, привет! У тебя в друзьях есть этот парень. А можешь познакомить?» - «Да, конечно, без вопросов, познакомлю». Или ко мне обращаются ребята: «Мы хотим на Польшу выходить. Нам нужен человек, который шарит польский рынок» - «Да, конечно, пожалуйста». Или на Испанию, или на Латинскую Америку. Пожалуйста, я контачу.

М1: Я знаю каналы.

Р: Да. Получилось, что я знаю всех и сказать, что это малого стоит – тоже нельзя. Тут не о чем сожалеть. Так сложилось, значит, это плюс.

М1: Значит, к тебе можно ребятам обращаться, если им нужно найти что-то в IT-сфере на каких-то других [каналах]?

Р: Именно SEO-шников. У меня был запрос по Южной Африке. Мы нашли решение по Южной Африке даже. По продвижениям по Южной Африке. Парень из Арабских Эмиратов, который занимается бронированным транспортом и в Африке у него большой поток клиентов.

М2: Я просто посмотрел так на тебя, подумал, у меня была Южная Африка. Думаю, нет, вы, вроде, не разговаривали об этом. Было типа rabota.ua, типа jooble, только Кения. Я не знаю, это Южная Африка? Я без понятия.

Р: То есть, они заходили через Южную Африку в Африку. Потому что Южная Африка более понятна по транспортному всякому законодательству, логистике.

М1: Да. Что у тебя по проектам? Если проследить за тобой на фэйсбуке, то ты на всяких Amazon форумах участвуешь, то сё. Читали, как ты какие-то товары заказываешь. Этот бум с Amazon. Ты в нём участвуешь.

Р: У меня сейчас, если перечислить те проекты, которыми я занимаюсь, у меня сейчас два основных направления. Первое – это Amazon и связанное с ним. Сейчас мы проводим тесты по продвижению Amazon страниц в Google. Ситуация очень простая. У тебя есть страничка, например, которая продаёт стаканы. Если она становится Google US по запросу «стаканы», я сейчас утрирую, чтобы поняли.

М1: Понятно.

Р: Она становится в Топ-3, она получает, например, 10 тысяч заходов в месяц, Amazon конвертит просто божественно. На Amazon конверт 20% считается, [что] ты лузер.

М2: 20 %?

Р: 20% - ты лузер.

М1: Это доверие к бренду, понимаешь?

Р: Там сейчас разные оценки есть. 60 - 70% американцев имеют Amazon аккаунт. Они покупают через Amazon.

М2: Больше нигде не покупают? Просто заходят в Amazon, начинают искать, как в Google и находят товар?

Р: Я не уверен, что они больше нигде не покупают, но, они, наверное, всё-таки, ходят в рестораны какие-нибудь.

М2: Нет, я имею в виду, они не гуглят? Амазонят, условно.

Р: Они гуглят и амазонят. Но мы делали тест. У нас получился на одном товаре стать в Топ-3 по чёткому его запросу, релевантному запросу. Конверт был невероятный.

М2: Трёхсловник?

Р: Двухсловник. Конверт был просто невероятный.

М1: Сколько процентов?

Р: Там сложно оценить, потому что проблема в чём: Amazon тебе не даёт внешней статистики. Он тебе даёт просто продажи. Но когда ты видишь, что у тебя там было 10 продаж, а стало 40 продаж и больше ничего не происходило кроме продвижения извне, то понятно, что [это оно].

М1: Это оно.

Р: Да, это оно. Тут эта проблема Amazon с аналитикой, это беда-беда. Её решить, пока, никак не получается. Там есть разные подходы, прокладки и т.д. Но всё равно, самим понимаете, что это предположение на предположении.

М1: Понятно.

Р: Это первое направление, связанное с Amazon. Также мы сейчас вместе с Salesdubler делаем проект по агрегатору партнёрских программ под запад. Но мы не пошли стандартным путём, мы не берём сложные ниши, как, например essay, потому что там достаточно сложно молодому SEO-шнику стать в Топ или надо иметь очень много денег и очень много ресурсов, для того, чтобы проводить эксперименты, и много времени. Мы сейчас смотрим на развивающиеся рынки, типа Азии, где сейчас интернет просто невероятными темпами отжимает миллионы-миллионы людей. И выбираем те ниши, где мы по нашим критериям SEO-шным видим, что наши SEO-шники смогут легко стать в Топ и зарабатывать приличные деньги. То есть, и таких рынков очень много. Если посмотреть даже на рынок Китая. Мы его пока не берём, но я просто как пример хочу привести. На рынке Китая сейчас есть такое явление, очень интересное, когда у человека никогда не было компьютера, но он покупает телефон и там у него уже весь интернет есть. Там у него есть платежи, там у него всё есть, он работает с телефоном, как с компьютером. Соответственно, если ты можешь сделать хороший сайт под конвертацию мобильного трафика, то у тебя есть хороший оффер, неважно какой, ekamers, PayDay, назови любую нишу, то ты будешь зарабатывать хорошие деньги прямо не сильно напрягаясь. Потому что я сейчас вижу одну большую проблему СНГ и ко мне ребята пишут, озвучивают постоянно. Есть партнёрки, но в основном там всех ниш десяток. И они, эти ниши, они стабильны. Это Гембла, Эссе, PayDay, Download, Soft, Instal, неважно, назови, какой хочешь.

М1: Половина серо-чёрных?

Р: Да.

М1: Наверное, даже 2/3 серо-чёрных, 1/3 какая-то более легальная.

Р: Да. То есть, мы сейчас сконцентрировались на легальных нишах. Мы сейчас сконцентрировались на тех рынках, где можно легко забрать Топ, действительно легко. И где можно нормально заработать.

М1: Например?

Р: Простой пример – PayDay я упомянул. Но те же PayDay, только легальные, без всякой чернухи. С лицензиями, всё законно. PayDay по Индонезии. Индонезия сама по себе. Там 100 с лишним миллионов человек, интернет проникновение там сейчас растёт сумасшедшими темпами. Конкуренция Топов, ты можешь сейчас зайти посмотреть, там смешно просто. Единственное, с чем у тебя возникнет проблема – это с языком.

М2: Языковой барьер.

Р: Мы сейчас этот вопрос решаем, мы собираем все мантики, мы сейчас проводим аналитики, мы сейчас привлекаем ребят, которые на тех рынках имели опыт работы, умеют работать, мы просим проконсультировать. Простой пример у меня недавно был с Польшей. Мы сейчас под Польшу стартуем. Тоже привлекли парня, он всю семантику пересмотрел, парень, который на Польшу работает. Парень пересмотрел всю семантику, дал нам рекомендации, дал нам советы, дал нам сайты, на которые ориентироваться и это уже намного упрощает старт для новых ребят. Мы передаём умную аналитику новичку и он спокойно получает результат. То есть, благодаря этому большому кругу общения, который у меня есть, я могу привлекать экспертов с разных ниш, которые могут давать рекомендации по каждой конкретной нише. То есть, грубо говоря, если у меня будет задача сделать трафик под партнёрку по английским языкам, английским курсам, я приду и скажу: «Игорь, можешь подсказать, как оно на том рынке, на том рынке, где, я знаю, у тебя есть опыт?». Ты скажешь: «Здесь такая специфика, здесь такая. Здесь такая семантика работает, здесь такая семантика работает». И всё. Это уже намного упростит старт для любого новичка, в разы. Это снимет полгода геморроя.

М1: Это получается такой своеобразный макетплейс из каких-то партнёров. У тебя офферы-офферы, ты выбираешь и тебе ещё дополнительно какую-то инфу дают.

Р: Да. Мы хотим сделать мало того, что маркетплейс. Мы хотим создать такое же сообщество, где ребята будут делиться какими-то знаниями уже более высокоуровневыми. У меня сейчас есть идея создать такой блог, где мы будем привлекать специалистов по каким-то нишам конкретным [задачам]. То есть, грубо говоря, как пример с английским языком. Я тебе позвоню и скажу: «Можешь минут 10-20 рассказать про нишу? Какие-то основные моменты?». Это будет очень ценный контент, потому что если вы сейчас посмотрите на все партнёрские программы, которые есть в и-нете, у них у всех беда. Они не дают никакого ценного контента. Ключи они ещё дают, а вот дальше беда начинается. Там начинаются какие-то странные кейсы про то, как я запустился в ЕХЕ, за один месяц заработал 100 тысяч долларов, ничего не делая.

М1: Просто привлекают.

Р: Да. То есть, если почитать все эти кейсы на партнёрке, которые постят, там кровь из глаз просто течёт, потому что там цифры, показатели, всё остальное, они взяты не то, что с потолка, вообще придумано в 90% случаев. По этому, мы так не хотим. Сейчас этот агрегатор, который мы делаем, его главный ключ – это честность. То, на чём я строил отношения с SEO-шниками – это честность. Если человек, например, на какуюй-то там должность не подходил, я ему говорил: «Ты не подходишь по таким критериям». Это честно. Если ты с человеком честен, он понимает, что ему надо делать.

М1: Да.

Р: А постоянно рассказывать, что: «Вот тут зайди, а тут создай гемблу страницу, или в России и заработай 100 тысяч долларов» - это, сами понимаете, из разряда мистики. То есть большая вероятность, что какая-то РКМ скосит эту страницу, чем ты успеешь с ней что-то заработать.

М2: Новых сотрудников ты сейчас ищешь молодых?

Р: Для себя я брал несколько сотрудников. У меня сейчас всё есть. Сейчас под Amazon ищу не SEO-шников. Я уже закрываю позиции, которые мне интересные, не SEO-шники. Сейчас я помогаю некоторым ребятам набирать SEO-шников. У меня есть договорённости партнёрские по поводу SEO-шников интересных, но так, чтобы супер целенаправленно, я это направление не могу сказать, что развиваю. Но оно мне не надо [его] развивать. Я их и так всех знаю. Когда приходит какая-то компания и говорит: «Посоветуй нам человека, у которого есть опыт под вот это», у меня сразу в голове чёткое понимание, что под эту задачу подходит раз, два, три человека.

М1: Чего ты не сделал своё HR-агентство?

Р: HR?

М2: Один человек там сидеть будет, хотя бы отвечать на вопросы. Тебя дёргать не будут.

Р: HR – он такой. HR –это такое интересное направление, но это не бизнес. В нём есть дилемма.

М1: Ну как это? Я знаю HR, которые ходят в норковых шубах и ездят на Мерседесе.

Р: Я ж не спорю (смеётся).

М1: Очень даже бизнес.

Р: Тут даже всё упирается в мою личность. И в то время, которое я готов уделять этому направлению. То есть, мне приятно помогать компании, мне приятно помогать специалистам, и мне приятно, когда эти специалисты растут. Даже, как ты, Стас, хороший пример.

М2: Подрос (смеётся).

Р: Но так сказать, чтобы я готов был уделить этому направлению 10 лет, то я так сказать не могу. Я когда занимаюсь каким-либо проектом, у меня есть чек-лист, который я себе задаю, прежде чем что-либо начинать. У меня там вопрос: готов ли я этим заниматься 10 лет?

М1: Окей.

М2: Ну да.

Р: Если я отвечаю «сомневаюсь» или «не уверен», то тогда надо ответить на вопрос номер 2: что надо сделать, чтобы ты был готов этим заниматься 10 лет? И вот путём прохождения этого чек-листа я для себя чётко сформулировал, что HR не может быть моим основным направлением деятельности. Это приятно, мне нравится помогать компании, мне нравится помогать специалистам, но это как хобби. Ты бегаешь?

М1: Да.

Р: Это для меня HR.

М1: Прикольно.

М2: Я не бегаю (смеётся).

Р: Я на мотоцикле бегаю (смеётся).

М1: Я на бег трачу деньги. HR приносит деньги (смеётся).

Р: Плюс в HR есть ещё какое-то количество факторов, на которые мне сложно влиять. Простой пример. Есть хороший SEO-специалист, есть хорошая компания. Тебе кажется, что карты сошлись, что звёзды сошлись, всё сложилось, пожалуйста. Но есть ещё эти личностные вещи, есть психологические вещи, есть ещё вопросы подчинения, кто главный, кто кому подчиняется, какие линии общения, какая ответственность. И на это я влиять не могу. Мне это очень сложно извне оценить. Бывали у меня случаи. У меня по HR пока неудачный только был один опыт, но там именно личностная порция, личностный момент.

М1: То есть, чувак поступил не очень хорошо?

Р: Да. Взяли, всё отлично, прошёл до конца испытательного, ему сказали: «Нет, не подходишь» Как это так? Не подходит именно по личностным характеристикам.

М2: Софт скилл низкий?

Р: Нет, не низкий. Тут другая ситуации.

М1: Просто не подходит.

Р: Да.

М1: Я не могу с тобой работать.

Р: Не стыкуются.

М2: Не общительный какой-то или что?

М1: Вдруг ты ему просто не подходишь?

М2: Что, по цвету глаз, что ли?

М1: Мне не нравится, что ты матюкаешься постоянно. Всё, я не буду с тобой работать.

Р: (смеётся)

М2: Нет, это подожди. Значит у меня неправильный соц скилл

М1: Почему? А какому-то другому чуваку понравится.

М2: Поэтому мы в разных отделах.

Р: Чаще всего это выглядит так: один управляет одним стилем, второй вторым стилем. Один ждёт, чтобы отчёты каждый день штамповали на 10 страниц с графиками и статистиками, а второй говорит: «Эй, чуваки, я три месяца минимум буду сидеть и просто ресёрчить». Я сейчас утрирую, но чтобы было понятно. Тут очень сложно всё это прочувствовать до того, как произойдёт факт работы. Поэтому, я ещё раз говорю, HR для меня это хобби. Оно приятное и я действительно рад, когда я прие
Made on
Tilda